и слабость моего интеллекта, неспособность конкурировать на равных с лучшими из лучших, оставляет мне единственный путь – своя игра. Мне остаётся лишь погрузиться в иллюзию, в такой вымышленный мир, в котором всё будет развиваться в соответствии лишь с моими желаниями. На самом деле, я считаю, это лучший путь для всех, но обычно его избегают, так всю жизнь и играют в чужие игры, пытаясь победить многолюдную традицию и её адептов. Не думаю, что на этом пути, я буду окончательно потерян для этого мира, поскольку продолжу своё какоё-никакое развитие, из чего может быть удастся извлечь что-нибудь полезное в конечном итоге.
Ещё одно наблюдение. Даже самые разумные из людей, такие, кто получил должное развитие с самого раннего детства, и были выращены в наилучших условиях, и смогли развить потому свои таланты, оказываются беспомощны перед навязанной им обществом или системой программой, перед тоталитарным конформизмом. Даже оказывается, что самые эффективные умники слепы и несамостоятельны в сравнении с многими своими менее развитыми собратьями. Лучшее воспитание высекло из них умственные глыбины, но лишило индивидуальности и способностей к неподчинению и самоуправству. Для них это означает социальный расцвет, но гибель их индивидуальности ещё при жизни.
Я постоянно борюсь…