Он ведь работал в патентном бюро, а значит, имел дело с новыми идеями, которые люди пытались запатентовать. Эйнштейн работал в патентном бюро с 1902 по 1909, где занимался экспертной оценкой заявок на изобретения, т.е. он работал непосредственно с самими идеями. Он, можно сказать, жил в некоем поле человеческих идей. И именно поэтому смог научиться придумывать свои собственные идеи. В 1905 он приступил к их публикации и изменил наше представление о мире. Лишь в 1909 он стал вписывать в научную среду, стал профессором, стал преподавателем, стал исследователем, стал винтиком в научной фабрике. Он покинул поле идей патентного бюро и стал ординарным учёным “как все”, и ничего столь же впечатляющего как раньше не создал. Он перестал быть научным революционером, и стал научным функционером, работая над развитием своих старых идей.
Это очень важно понять, что в мире реально существует нечто вроде “идеи идей”. Что идея это не просто какая-то абстрактная игра воображения, а нечто физическое. И что новые идеи лучше всего рождаются в местах большой концентрации идей. Идея может быть целью, она может существовать сама по себе, и отдельно от знания. Не каждая идея становится в итоге знанием, но идеи никуда не исчезают, они прямо носятся в воздухе. И если вот у людей существует их наука, т.е. их знание, то должна существовать и отдельная фабрика идей, концентрирующая свободные идеи в одном месте. Идея – отдельная цель, самоцель.