В детстве я был сангвиником, периодически прорывающимся в холерики. Я был оптимистом. Я был в некотором роде даже экстравертом.
Взрослея я постепенно утрачивал всё вышеперечисленное. Я всё ещё сангвиник, но уже прорывающейся в меланхолики. Я стал пессимистом, лишь изредка вспоминающим оптимизм. Я стал интровертом.
Что касается интровертизма, то я бы предпочёл находится посередине между интро и экстровертизмом, я бы хотел быть сбалансированным.
Я бы хотел вернуть себе оптимизм, что конечно тесно связано с обстоятельствами жизни, в хорошем окружении я быстро стал бы лучиться оптимизмом, но когда с тобой случаются в основном плохие вещи, это усугубляет лишь пессимизм.
Я хотел бы остаться сангвиником, но стать чистым без примесей других темпераментов. Именно сангвиников я считаю наиболее продуктивными личностями, им проще и веселее жить. Все прочие же темпераменты я считаю, создаются реакциями на внешнее давление среды. Агрессивность холериков, толстокожесть флегматиков, самокопание меланхоликов, всё это реакции на проблемы.